В период Регентства (1832—1843) миудинью удостоился чести быть принятым в салоны в качестве парного танца. В сельских районах Сан-Паулу он трансформировался в одну из разновидностей кадрили. Несмотря на определение миудинью как старинного салонного танца, Валдомиру Силвейра в одном из своих сочинений указывает, что в Сан-Паулу миудинью был также круговым танцем с солистами в центре.Как круговой танец самба претерпела в сельских районах Сан-Паулу определенные изменения. Хотя она и продолжает оставаться подвижным, энергичным танцем «танцем, от которого с земли поднимается пыль», по словам Валдомиру Силвейры, однако сегодня в ней уже отсутствует умбигада.
Корнелиу Пирис сообщает, что в Сан-Паулу самба из достояния негров превратилась в достояние кабокло . Тот же Корнелиу Пирис говорит о такой любопытной детали, как платок, который женщина-солистка держит над головой за два конца в поднятых руках. Инструментальное сопровождение такой самбы включает виолы, адуфе и пандейро.В городе Тьете (штат Сан-Паулу) известна самба, которую исполняют, выстроившись в два противоположных ряда: с одной стороны мужчины, включая музыкантов, с другой женщины; солисты располагаются между рядами. Таким же образом танцуют батуке в штате Гойяс, причем здесь его, по свидетельству Американу ду Бразил, называют как батуке
Мариу ди Андради довелось наблюдать в сельских местностях Сан-Паулу разновидность самбы, схожую с кадрилью и катерете , однако с той разницей, что танцующие располагались не в два, а в несколько параллельных рядов. Наиболее важной отличительной чертой этой самбы является своеобразный подготовительный момент, который Мариу ди Андради назвал «коллективным совещанием» и во время которого группа танцоров предварительно выбирает мелодию и текст. «Солист поет по большей части довольно неуверенно, импровизируя,— пишет Мариу ди Андради. — Текст, который он исполняет, в громадном большинстве случаев представляет собой четверостишие или двустишие. Хор отвечает солисту. Солист снова начинает петь, и снова хор отвечает ему. Постепенно из этого диалога складывается определенная мелодия с текстом. Бумбу пребывает в напряженном внимании. Как только становится ясно, что дело пошло на лад и танцующие усвоили то, что им предлагает солист, раздается энергичная дробь бумбу, подхватывающего ритм напева.
Сразу же вслед за бумбу вступают остальные инструменты, и танец начинается... Музыканты, продолжая играть, ровной линией наступают вперед, а ряды танцующих, расположенные напротив музыкантов, отступают; затем вперед движутся танцоры, а отступают музыканты... Резко наклоняя и выпрямляя торс, танцующие продвигаются вперед и возвращаются назад, делая при этом всего несколько коротких шагов.
Самба требует минимальной площадки: пяти квадратных метров вполне достаточно для самбы, в которой занято тридцать исполнителей. Внешне хореография этого танца кажется весьма нечеткой: неуверенные покачивания бедер, никаких виртуозных движений ног. В этих самбах я не видел даже традиционной умоигады — лишь довольно неуклюжие движения рядов вперед и назад, да еще более неуклюжие, хотя и быстрые, короткие прыжки. Однако эти наклоны и выпрямления корпуса при продвижении вперед немедленно вызывают в нас, воспитанных на условностях цивилизации, ощущение чувственности».
